Сделать домашней|Добавить в избранное
 



 
Гладышева Светлана - Центр защиты жилья и жилищных прав

ОБЗОР ПРАКТИКИ МЕЖГОСУДАРСТВЕННЫХ ОРГАНОВ ПО ЗАЩИТЕ ПРАВ И ОСНОВНЫХ СВОБОД ЧЕЛОВЕКА N 2 (2018) (Извлечение)

ОБЗОР ПРАКТИКИ МЕЖГОСУДАРСТВЕННЫХ ОРГАНОВ ПО ЗАЩИТЕ ПРАВ И ОСНОВНЫХ СВОБОД ЧЕЛОВЕКА N 2 (2018) (Извлечение)

 


В силу пункта 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации" "толкование международного договора должно осуществляться в соответствии с Венской конвенцией о праве международных договоров от 23 мая 1969 г. (раздел 3; статьи 3 - 33). Согласно пункту "b" части 3 статьи 31 Венской конвенции при толковании международного договора наряду с его контекстом должна учитываться последующая практика применения договора, которая устанавливает соглашение участников относительно его толкования".

Практика межгосударственных органов, контролирующих исполнение государствами международно-правовых обязательств в сфере защиты прав и свобод человека, которые предусматриваются в международном договоре, устанавливает соглашение участников такого договора в отношении его применения.

В целях эффективной защиты прав и свобод человека судам необходимо при рассмотрении административных, гражданских дел, дел по разрешению экономических споров, уголовных и иных дел учитывать правовые позиции, сформулированные межгосударственными органами по защите прав и свобод человека <1>.

--------------------------------

<1> В рамках настоящего обзора понятие "межгосударственные органы по защите прав и свобод человека" охватывает международные договорные органы ООН, действующие в сфере защиты прав и свобод человека, а также Европейский Суд по правам человека.



защита права собственности


практика Европейского Суда по правам человека


Постановление Европейского Суда по жалобам NN 4919/16, 16430/16, 39274/16 "Титова и другие против России" (вынесено и вступило в силу 15 мая 2018 г.), которым установлено нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, выразившееся в непропорциональном вмешательстве в имущественные права заявителей ввиду вынесения судами решений об отмене регистрации права собственности заявителей - добросовестных приобретателей квартир.

Заявители жаловались, что они были лишены своего имущества в нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

Европейский Суд отметил, что "...жалоба заявителей направлена против города М., муниципалитета, за действия которого Российская Федерация может нести ответственность. Именно иск, поданный городом, привел к утрате права собственности заявителями и ее передаче городу. Тот факт, что город ранее утратил свою собственность в результате мошеннических действий третьих лиц, включая нотариуса, не имеет отношения к положению государства-ответчика" (пункт 22 постановления).

Суд подчеркнул, что "...в соответствии с российским законодательством отсутствовало какое-либо иное средство защиты, которое могло бы позволить продолжить обжалование соответствующего судебного решения и потенциально привести к восстановлению права заявителя на квартиру...[В]озможность возбуждения иска о возмещении ущерба в этих обстоятельствах не может лишить заявителя статуса жертвы для целей подачи жалоб в соответствии со статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции. Иск о возмещении ущерба также нельзя рассматривать как необходимый инструмент для соблюдения правила об исчерпании внутригосударственных средств правовой защиты по смыслу пункта 1 статьи 35 Конвенции...[Л]юбые убытки, которые заявители могли бы взыскать с продавца квартиры, могут учитываться только в контексте оценки пропорциональности вмешательства и расчета размера материального ущерба, если Суд установит нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции и присудит справедливую компенсацию в соответствии со статьей 41 Конвенции" (пункт 28 постановления).

Изучив конкретные обстоятельства и процедуры отчуждения государством у физических лиц имущества, Европейский Суд отметил, что "...данные обстоятельства и процедуры находятся в исключительной компетенции государства, и что процессуальные недостатки, которые привели к утрате государством недвижимого имущества, не могут быть устранены за счет добросовестных собственников. Кроме того... восстановление имущественных прав государства или органа местного самоуправления при отсутствии какой-либо компенсации добросовестным собственникам налагает на таких собственников индивидуальное и чрезмерное бремя, а также нарушает справедливый баланс интересов общества и права заявителей на беспрепятственное пользованием своим имуществом" (пункт 33 постановления).

Европейский Суд установил, что "...квартиры выбыли из "собственности" города в результате мошеннических действий, совершенных группой правонарушителей. Суд также отмечает наличие гарантий для смены собственников квартир в соответствии с требованиями национального права. Законность каждой операции и каждого права собственности на квартиры должна была проверяться соответствующими регистрационными органами. Однако власти не пояснили, почему данные гарантии не помогли выявить факты мошенничества и обеспечить защиту интересов города. В частности, ни национальные судебные органы, ни власти не смогли разъяснить, почему для регистрирующих органов было возможно одобрение передачи новым собственникам прав собственности на квартиры, если эти квартиры по-прежнему являлись собственностью города, но город при этом в соответствующих операциях не участвовал. власти не предлагали никаких объяснений, почему государственные регистрирующие органы не смогли выявить мошенничество, приняли поддельное решение как подлинное и одобрили сделки с квартирой. В таких обстоятельствах Суд приходит к выводу о том, что именно ошибочная процедура регистрации привела к утрате права собственности города в отношении квартир. Регистрирующие органы не смогли выявить мошенничество и защитить интересы города" (пункт 34 постановления).


читать подробнее...

Обзор судебной практики Верховного Суда РФ N 4 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15 ноября 2017 г.) (Извлечение)

Обзор судебной практики Верховного Суда РФ N 4 (2017) (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 15 ноября 2017 г.) (Извлечение)


 В сфере гражданско-правовых отношений


Практика Европейского Суда по правам человека


Постановление Европейского Суда по жалобе N 63508/11 "Поняева и другие против России" (вынесено 17 ноября 2016 г., вступило в силу 24 апреля 2017 г.), которым установлено нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции о защите прав человека и основных свобод 1950 г. (далее - Конвенция), выразившееся в непропорциональном вмешательстве в имущественные права заявителей ввиду вынесения судами решений об аннулировании регистрации права собственности заявителей - добросовестных приобретателей на квартиры (со ссылкой на незаконную приватизацию соответствующих жилых помещений предыдущими собственниками), истребовании квартир из их владения, признании права собственности публично-правовых образований на спорное недвижимое имущество и выселении из него заявителей.

Заявители ссылались на то, что они были лишены права собственности на имущество в нарушение требований статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции.

Рассматривая вопрос приемлемости жалобы, Европейский Суд напомнил, что "понятие "имущество", закрепленное в первом абзаце статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, имеет автономное значение, которое не ограничивается владением материальными благами и не зависит от формальной классификации данного полномочия в национальном законодательстве. Наряду с материальными благами, в качестве "имущественных прав" и, соответственно, "имущества" для целей настоящего положения могут рассматриваться и некоторые иные права и интересы. В каждом случае представляется необходимым рассмотреть вопрос о том, имеется ли у заявителя, с учетом всей совокупности обстоятельств конкретного дела, значительный интерес, находящийся под защитой статьи 1 Протокола N 1" (пункт 34 постановления).

Суд установил, что "в то время, когда первая заявительница была законным владельцем и обладала правом собственности в отношении квартиры, которая составляла ее "имущество" в значении статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, вторая и третья заявительницы не являлись собственниками квартиры и жили там только на основании родственных связей с первой заявительницей, т.е. в качестве ее дочерей" (пункт 35 постановления).

Европейский Суд отметил, что он "не исключает того, что лицо, наделенное правом использования жилого помещения и не являющееся его собственником, может обладать определенным имущественным правом или интересом в отношении указанного помещения, признаваемым в национальном законодательстве, и такой интерес будет рассматриваться в качестве "имущества", находяще[го]ся под защитой статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции. Однако, по общему правилу, право проживания в конкретном помещении, не находящемся в собственности заявителя, не относится к "имуществу" по смыслу указанного положения" (пункт 36 постановления).

Суд заключил, что "что в своих замечаниях заявители не представили ссылки на какие-либо положения национального законодательства или фактические обстоятельства дела, на основании которых Суд мог бы прийти к выводу о том, что предоставленное второй и третьей заявительницам право проживания в квартире свидетельствует [о] наличии у них "имущества" по смыслу статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции... Таким образом,... заявители не могут утверждать, что положения указанной статьи применимы в отношении них. Из этого следует, что поданная второй и третьей заявительницами жалоба несовместима ratione materiae <9> с положениями Конвенции по смыслу пункта 3 статьи 35 Конвенции и должна быть отклонена в соответствии с пунктом 4 статьи 35 Конвенции" (пункт 37 постановления).

--------------------------------

<9> "Ввиду обстоятельств, связанных с гарантируемыми в договоре правами и свободами", предметный критерий.


Изучая вопрос исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты, Суд отметил, что "никаких дополнительных мер, предусмотренных российским законодательством, направленных против такого решения, которые теоретически могли бы привести к восстановлению права собственности заявителя, предпринято не было... [В]озможность подачи иска о возмещении убытков при данных обстоятельствах не лишила бы заявителя статуса жертвы для целей жалобы по статье 1 Протокола N 1 к Конвенции. Эта возможность также не могла рассматриваться как необходимая для соблюдения правила исчерпания внутригосударственных средств правовой защиты по смыслу пункта 1 статьи 35 Конвенции... [Л]юбое возмещение убытков, которое первая заявительница могла бы получить от продавцов квартир, могло быть принято во внимание только для целей оценки пропорциональности вмешательства и морального ущерба, если нарушение статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции было бы выявлено судом, и если справедливая компенсация была бы присуждена согласно статье 41 Конвенции" (пункт 40 постановления).


читать подробнее...

«Обзор судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от граждан по искам государственных органов и органов местного самоуправления» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015 г.)

«Обзор судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от граждан по искам государственных органов и органов местного самоуправления» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 25.11.2015 г.)


Вер­хов­ным Су­дом Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции про­ве­де­но изу­че­ние прак­ти­ки по де­лам, свя­зан­ным с ис­тре­бо­ва­ни­ем от граж­дан жи­лых по­ме­ще­ний, при­об­ре­тен­ных в ре­зуль­та­те граж­дан­ско-пра­во­вых сде­лок, по ис­кам го­су­дар­ствен­ных ор­га­нов и ор­га­нов мест­но­го са­мо­управ­ле­ния, а так­же про­ку­ро­ров в ин­те­ре­сах Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции, субъ­ек­тов Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции, му­ни­ци­паль­ных об­ра­зо­ва­ний.
Ана­лиз су­деб­ной прак­ти­ки по­ка­зал, что не­смот­ря на разъ­яс­не­ния, со­дер­жа­щи­е­ся в сов­мест­ном по­ста­нов­ле­нии Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Су­да Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции N 10, Пле­ну­ма Выс­ше­го Ар­бит­раж­но­го Су­да Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции N 22 от 29 ап­ре­ля 2010 го­да «О не­ко­то­рых во­про­сах, воз­ни­ка­ю­щих в су­деб­ной прак­ти­ке при раз­ре­ше­нии спо­ров, свя­зан­ных с за­щи­той пра­ва соб­ствен­но­сти и дру­гих вещ­ных прав» (да­лее - сов­мест­ное по­ста­нов­ле­ние Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Су­да Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции и Пле­ну­ма Выс­ше­го Ар­бит­раж­но­го Су­да Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции от 29 ап­ре­ля 2010 го­да N 10/22) и Об­зо­ре су­деб­ной прак­ти­ки по де­лам, свя­зан­ным с ис­тре­бо­ва­ни­ем жи­лых по­ме­ще­ний от доб­ро­со­вест­ных при­об­ре­та­те­лей, по ис­кам го­су­дар­ствен­ных ор­га­нов и ор­га­нов мест­но­го са­мо­управ­ле­ния, утвер­жден­ном Пре­зи­ди­у­мом Вер­хов­но­го Су­да Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции 1 ок­тяб­ря 2014 го­да, в от­дель­ных слу­ча­ях су­ды по-преж­не­му до­пус­ка­ют не­пра­виль­ное при­ме­не­ние по­ло­же­ний Граж­дан­ско­го ко­дек­са Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции (да­лее - ГК РФ), ре­гу­ли­ру­ю­щих спор­ные пра­во­от­но­ше­ния, в свя­зи с чем не­об­хо­ди­мо об­ра­тить вни­ма­ние на сле­ду­ю­щее.
В Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции при­зна­ют­ся и за­щи­ща­ют­ся рав­ным об­ра­зом част­ная, го­су­дар­ствен­ная, му­ни­ци­паль­ная и иные фор­мы соб­ствен­но­сти (часть 2 ста­тьи 8 Кон­сти­ту­ции Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции).
Вин­ди­ка­ци­он­ный иск, т.е. ис­тре­бо­ва­ние иму­ще­ства из чу­жо­го не­за­кон­но­го вла­де­ния (ста­тья 301 ГК РФ), яв­ля­ет­ся тре­бо­ва­ни­ем не вла­де­ю­ще­го ве­щью соб­ствен­ни­ка к вла­де­ю­ще­му не­соб­ствен­ни­ку о воз­вра­те ему ве­щи.
Ес­ли иму­ще­ство воз­мезд­но при­об­ре­те­но у ли­ца, ко­то­рое не име­ло пра­ва его от­чуж­дать, о чем при­об­ре­та­тель не знал и не дол­жен был знать (доб­ро­со­вест­ный при­об­ре­та­тель), то соб­ствен­ник впра­ве ис­тре­бо­вать это иму­ще­ство от при­об­ре­та­те­ля в слу­чае, ко­гда иму­ще­ство уте­ря­но соб­ствен­ни­ком или ли­цом, ко­то­ро­му иму­ще­ство бы­ло пе­ре­да­но соб­ствен­ни­ком во вла­де­ние, ли­бо по­хи­ще­но у то­го или дру­го­го, ли­бо вы­бы­ло из их вла­де­ния иным пу­тем по­ми­мо их во­ли (пункт 1 ста­тьи 302 ГК РФ).
Ес­ли иму­ще­ство при­об­ре­те­но без­воз­мезд­но от ли­ца, ко­то­рое не име­ло пра­ва его от­чуж­дать, соб­ствен­ник впра­ве ис­тре­бо­вать иму­ще­ство во всех слу­ча­ях (пункт 2 ста­тьи 302 ГК РФ).

Юри­ди­че­ски зна­чи­мы­ми об­сто­я­тель­ства­ми, под­ле­жа­щи­ми уста­нов­ле­нию су­дом по дан­ной ка­те­го­рии спо­ров, яв­ля­ют­ся:
  1. на­ли­чие (от­сут­ствие) пра­ва соб­ствен­но­сти ли­ца, об­ра­тив­ше­го­ся с ис­ком об ис­тре­бо­ва­нии иму­ще­ства из чу­жо­го не­за­кон­но­го вла­де­ния;
  2. вы­бы­тие иму­ще­ства из вла­де­ния соб­ствен­ни­ка или из вла­де­ния ли­ца, ко­то­ро­му оно бы­ло пе­ре­да­но соб­ствен­ни­ком во вла­де­ние, по во­ле или по­ми­мо их во­ли;
  3. воз­мезд­ность (без­воз­мезд­ность) при­об­ре­те­ния иму­ще­ства;
  4. на­ли­чие у не­за­кон­но­го вла­дель­ца ста­ту­са доб­ро­со­вест­но­го при­об­ре­та­те­ля, обу­слов­лен­но­го тем, что он не знал и не дол­жен был знать о том, что иму­ще­ство при­об­ре­те­но у ли­ца, не имев­ше­го пра­ва на его от­чуж­де­ние.
Ука­зан­ные об­сто­я­тель­ства, име­ю­щие зна­че­ние для де­ла, в си­лу ча­сти 2 ста­тьи 56 Граж­дан­ско­го про­цес­су­аль­но­го ко­дек­са Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции (да­лее - ГПК РФ) долж­ны быть вы­не­се­ны на об­суж­де­ние су­дом, да­же ес­ли сто­ро­ны на ка­кие-ли­бо из них не ссы­ла­лись.
При этом со­глас­но ча­сти 1 ста­тьи 56 ГПК РФ ис­тец дол­жен до­ка­зы­вать на­ли­чие у не­го пра­ва соб­ствен­но­сти ли­бо ос­но­ва­ния за­кон­но­го вла­де­ния в от­но­ше­нии ис­тре­бу­е­мо­го жи­ло­го по­ме­ще­ния, факт на­ли­чия это­го иму­ще­ства у не­за­кон­но­го вла­дель­ца и вы­бы­тие иму­ще­ства из его вла­де­ния по­ми­мо во­ли. Об­сто­я­тель­ства, сви­де­тель­ству­ю­щие о не­доб­ро­со­вест­но­сти при­об­ре­та­те­ля, под­ле­жат до­ка­зы­ва­нию ист­цом.
Воз­мезд­ность при­об­ре­те­ния иму­ще­ства под­ле­жит до­ка­зы­ва­нию от­вет­чи­ком. Кро­ме то­го, от­вет­чик - доб­ро­со­вест­ный при­об­ре­та­тель впра­ве предъ­яв­лять до­ка­за­тель­ства вы­бы­тия иму­ще­ства из вла­де­ния соб­ствен­ни­ка по его во­ле.
При от­сут­ствии го­су­дар­ствен­ной ре­ги­стра­ции пра­во соб­ствен­но­сти ист­ца на иму­ще­ство под­ле­жит до­ка­зы­ва­нию с по­мо­щью лю­бых преду­смот­рен­ных про­цес­су­аль­ным за­ко­но­да­тель­ством до­ка­за­тельств, под­твер­жда­ю­щих воз­ник­но­ве­ние это­го пра­ва.
Вклю­че­ние не­дви­жи­мо­го иму­ще­ства в ре­естр го­су­дар­ствен­ной или му­ни­ци­паль­ной соб­ствен­но­сти (ре­естр го­су­дар­ствен­но­го или му­ни­ци­паль­но­го иму­ще­ства), а так­же факт на­хож­де­ния это­го иму­ще­ства на ба­лан­се то­го или ино­го юри­ди­че­ско­го ли­ца не яв­ля­ют­ся бес­спор­ны­ми до­ка­за­тель­ства­ми пра­ва соб­ствен­но­сти или за­кон­но­го вла­де­ния.
Так, на­при­мер, при рас­смот­ре­нии де­ла по ис­ку ад­ми­ни­стра­ции му­ни­ци­паль­но­го об­ра­зо­ва­ния к Б. об ис­тре­бо­ва­нии квар­ти­ры из чу­жо­го не­за­кон­но­го вла­де­ния суд при­знал уста­нов­лен­ным пра­во му­ни­ци­паль­ной соб­ствен­но­сти на спор­ное жи­лое по­ме­ще­ние, по­сколь­ку дан­ное об­сто­я­тель­ство под­твер­жда­лось со­во­куп­но­стью пред­став­лен­ных ист­цом до­ка­за­тельств, а имен­но: ре­ше­ни­ем ис­пол­ни­тель­но­го ко­ми­те­та рай­он­но­го Со­ве­та де­пу­та­тов тру­дя­щих­ся от 1963 го­да о рас­пре­де­ле­нии жил­пло­ща­ди, по­ста­нов­ле­ни­ем гла­вы ад­ми­ни­стра­ции об­ла­сти от 1995 го­да о при­е­ме в му­ни­ци­паль­ную соб­ствен­ность объ­ек­тов жи­лищ­но­го фон­да и ком­му­наль­но-бы­то­во­го на­зна­че­ния, на­хо­дя­щих­ся в хо­зяй­ствен­ном ве­де­нии ак­ци­о­нер­но­го об­ще­ства "Р", ак­том при­ем­ки-пе­ре­да­чи, вы­пис­кой из ре­ест­ра. При этом от­сут­ствие ре­ги­стра­ции пра­ва соб­ствен­но­сти му­ни­ци­паль­но­го об­ра­зо­ва­ния в Еди­ном го­су­дар­ствен­ном ре­ест­ре прав на не­дви­жи­мое иму­ще­ство и сде­лок с ним (да­лее - ЕГРП) суд при­знал не име­ю­щим пра­во­во­го зна­че­ния, по­сколь­ку в си­лу пунк­тов 1, 2 ста­тьи 6 Фе­де­раль­но­го за­ко­на от 21 июля 1997 го­да N 122-ФЗ "О го­су­дар­ствен­ной ре­ги­стра­ции прав на не­дви­жи­мое иму­ще­ство и сде­лок с ним" пра­ва на не­дви­жи­мое иму­ще­ство, воз­ник­шие до мо­мен­та вступ­ле­ния в си­лу дан­но­го фе­де­раль­но­го за­ко­на, при­зна­ют­ся юри­ди­че­ски дей­стви­тель­ны­ми при от­сут­ствии их го­су­дар­ствен­ной ре­ги­стра­ции, вве­ден­ной на­зван­ным фе­де­раль­ным за­ко­ном. Го­су­дар­ствен­ная ре­ги­стра­ция та­ких прав про­во­дит­ся по же­ла­нию их об­ла­да­те­лей.
Ес­ли жи­лое по­ме­ще­ние вы­бы­ло из вла­де­ния пуб­лич­но-пра­во­во­го об­ра­зо­ва­ния по­ми­мо его во­ли, соб­ствен­ник впра­ве ис­тре­бо­вать его из чу­жо­го не­за­кон­но­го вла­де­ния, в том чис­ле от доб­ро­со­вест­но­го при­об­ре­та­те­ля.
Как разъ­яс­не­но в пунк­те 39 сов­мест­но­го по­ста­нов­ле­ния Пле­ну­ма Вер­хов­но­го Су­да Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции и Пле­ну­ма Выс­ше­го Ар­бит­раж­но­го Су­да Рос­сий­ской Фе­де­ра­ции от 29 ап­ре­ля 2010 го­да N 10/22, по смыс­лу пунк­та 1 ста­тьи 302 ГК РФ, соб­ствен­ник впра­ве ис­тре­бо­вать свое иму­ще­ство из чу­жо­го не­за­кон­но­го вла­де­ния не­за­ви­си­мо от воз­ра­же­ния от­вет­чи­ка о том, что он яв­ля­ет­ся доб­ро­со­вест­ным при­об­ре­та­те­лем, ес­ли до­ка­жет факт вы­бы­тия иму­ще­ства из его вла­де­ния или вла­де­ния ли­ца, ко­то­ро­му оно бы­ло пе­ре­да­но соб­ствен­ни­ком, по­ми­мо их во­ли. В свя­зи с этим су­дам не­об­хо­ди­мо уста­нав­ли­вать на­ли­чие или от­сут­ствие во­ли соб­ствен­ни­ка на пе­ре­да­чу вла­де­ния ино­му ли­цу.

Читайте подробнее...

Обзор судебной практики Верховного Суда РФ» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015 г.) (Извлечение) 04.03.2015

Обзор судебной практики Верховного Суда РФ» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 04.03.2015 г.) (Извлечение) 04.03.2015


Судебная коллегия по гражданским делам 
 I. Разрешение споров, связанных с  защитой  права собственности и других вещных прав
2. Правильное  разрешение  судом  дела по спору об истребовании имущества из чужого незаконного владения требует установления того, была ли выражена воля собственника на передачу  владения  спорным   имуществом иному лицу.
С. обратился в суд с иском к К., М. и Ш. о признании доверенности и сделок недействительными, об истребовании имущества от добросовестного приобретателя и возложении обязанности возвратить имущество, об отмене государственной регистрации права собственности на земельный участок, возложении обязанности зарегистрировать право собственности на земельный участок.
В обоснование требований истец указал, что ему принадлежал земельный участок, который в 2007 году выбыл из его собственности помимо его воли, в связи с чем просил суд истребовать данный земельный участок у К.
Дело неоднократно рассматривалось судебными инстанциями.

Решением суда от 14 сентября 2012  г. в удовлетворении исковых требований отказано. Апелляционным определением от 28  февраля  2013 г. решение суда отменено, по делу принято новое решение об удовлетворении исковых требований.

Определением суда от 5 марта 2014 г., вступившим в законную силу 21 марта 2014  г., К.  восстановлен процессуальный срок для подачи кассационной жалобы на апелляционное определение от 28 февраля 2013 г.

Читайте подробнее...

Обзор судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 01.10.2014)

Обзор судебной практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестных приобретателей, по искам государственных органов и органов местного самоуправления» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 01.10.2014)


Верховным Судом Российской Федерации проведено изучение практики по делам, связанным с истребованием жилых помещений от добросовестного приобретателя, по искам государственных органов и органов местного самоуправления. 
При рассмотрении дел указанной категории суды руководствуются положениями Конституции Российской Федерации (далее - Конституция РФ), Гражданского кодекса Российской Федерации (далее - ГК РФ), Жилищного кодекса Российской Федерации (далее - ЖК РФ), международных договоров, в первую очередь, Конвенции о защите прав человека и основных свобод, учитывают правовые позиции, содержащиеся в постановлениях Конституционного Суда Российской Федерации, решениях Европейского Суда по правам человека, разъяснения, данные в постановлении Пленума Верховного Суда Российской Федерации N 10, Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации N 22 от 29 апреля 2010 г. "О некоторых вопросах, возникающих в судебной практике при разрешении споров, связанных с защитой права собственности и других вещных прав" (далее - совместное постановление Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22).
Право истребовать свое имущество из чужого незаконного владения предоставлено собственнику статьей 301 ГК РФ.
Согласно пункту 1 статьи 302 ГК РФ, если имущество возмездно приобретено у лица, которое не имело права его отчуждать, о чем приобретатель не знал и не мог знать (добросовестный приобретатель), то собственник вправе истребовать это имущество от приобретателя в случае, когда имущество утеряно собственником или лицом, которому имущество было передано собственником во владение, либо похищено у того или другого, либо выбыло из их владения иным путем помимо их воли. 
Исходя из смысла данных законоположений суду следует установить:
 
  1. факт выбытия имущества из владения собственника или из владения лица, которому оно было передано собственником во владение, по воле или помимо их воли;     
  2. возмездность (безвозмездность) приобретения имущества;     
  3. знал ли приобретатель или не знал и не должен был знать о том, что имущество приобретено у лица, не имевшего права на его отчуждение.
Приобретатель не может быть признан добросовестным, если к моменту совершения возмездной сделки в отношении спорного имущества имелись притязания третьих лиц, о которых ему было известно, и если такие притязания впоследствии признаны в установленном порядке правомерными.
21 апреля 2003 г. Конституционным Судом Российской Федерации принято постановление N 6-П "По делу о проверке конституционности положений пунктов 1 и 2 статьи 167 Гражданского кодекса Российской Федерации в связи с жалобами граждан О.М. Мариничевой, А.В. Немировской, З.А. Скляновой, Р.М. Скляновой и В.М. Ширяева", в котором указано, что в случае, если по возмездному договору имущество приобретено у лица, не имевшего права его отчуждать, собственник вправе обратиться в суд в порядке статьи 302 ГК РФ с иском об истребовании имущества из незаконного владения лица, приобретшего это имущество (виндикационный иск). Поскольку добросовестное приобретение в смысле статьи 302 ГК РФ возможно только тогда, когда имущество приобретается не непосредственно у собственника, а у лица, которое не имело права отчуждать это имущество, то последствием сделки, совершенной с таким нарушением, является не двусторонняя реституция, а возврат имущества из незаконного владения (виндикация). 

Анализ судебной практики свидетельствует о том, что споры о возможности истребования имущества (жилых помещений) от добросовестных приобретателей возникают преимущественно тогда, когда такое имущество продается лицом, не имеющим права его отчуждать. Соответственно, в том случае, если жилое помещение получено владельцем не от собственника, то собственник вправе истребовать его посредством виндикационного иска (статья 301 ГК РФ).
При рассмотрении исков об истребовании имущества (квартиры) от добросовестного приобретателя необходимо учитывать, что истец (уполномоченный собственником жилищного фонда орган) должен доказать свое право собственности на спорное имущество и факт наличия этого имущества у незаконного владельца. Факт включения недвижимого имущества в реестр государственной или муниципальной собственности, а также факт нахождения имущества на балансе лица сами по себе не являются доказательствами права собственности или законного владения (пункт 36 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22).
Ответчику при предъявлении к нему названного иска необходимо доказать, что жилое помещение было приобретено им по возмездной сделке и при этом он не знал и не должен был знать, что лицо, у которого он приобрел имущество, не имело права на его отчуждение.

Кроме того, необходимо учитывать, что Российская Федерация как участник Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) признает юрисдикцию Европейского Суда по правам человека обязательной по вопросам толкования и применения Конвенции и Протоколов к ней в случае предполагаемого нарушения Российской Федерацией положений этих договорных актов, когда предполагаемое нарушение имело место после вступления их в силу в отношении Российской Федерации. 
Как разъяснено в пункте 10 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 10 октября 2003 г. N 5 "О применении судами общей юрисдикции общепризнанных принципов и норм международного права и международных договоров Российской Федерации", применение судами Конвенции должно осуществляться с учетом практики Европейского Суда по правам человека во избежание любого нарушения Конвенции.
Из положений статьи 46 Конвенции, статьи 1 Федерального закона от 30 марта 1998 г. N 54-ФЗ "О ратификации Конвенции о защите прав человека и основных свобод и Протоколов к ней" следует, что правовые позиции Европейского Суда по правам человека, которые содержатся в его окончательных постановлениях, принятых в отношении Российской Федерации, являются обязательными для судов.

С целью эффективной защиты прав и свобод человека судами учитываются правовые позиции Европейского Суда по правам человека, изложенные в ставших окончательными постановлениях, которые приняты в отношении других государств - участников Конвенции. При этом правовая позиция учитывается судом, если обстоятельства рассматриваемого им дела являются аналогичными обстоятельствам, ставшим предметом анализа и выводов Европейского Суда по правам человека (пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации от 27 июня 2013 г. N 21 "О применении судами общей юрисдикции Конвенции о защите прав человека и основных свобод от 4 ноября 1950 года и Протоколов к ней"). 
В соответствии со статьей 1 Протокола N 1 к Конвенции каждое физическое или юридическое лицо имеет право на уважение своей собственности. Никто не может быть лишен своего имущества иначе как в интересах общества и на условиях, предусмотренных законом и общими принципами международного права.
Данные положения не умаляют права государства обеспечивать выполнение таких законов, какие ему представляются необходимыми для осуществления контроля за использованием собственности в соответствии с общими интересами или для обеспечения уплаты налогов или других сборов или штрафов.

В силу статьи 8 Конвенции каждый имеет право на уважение его личной и семейной жизни, его жилища и его корреспонденции.
Не допускается вмешательство со стороны публичных властей в осуществление этого права, за исключением случаев, когда такое вмешательство предусмотрено законом и необходимо в демократическом обществе в интересах национальной безопасности и общественного порядка, экономического благосостояния страны, в целях предотвращения беспорядков или преступлений, для охраны здоровья или нравственности или защиты прав и свобод других лиц.
Если жилое помещение выбыло из владения Российской Федерации, субъекта Российской Федерации или муниципального образования в результате действий лица, которое не имело права его отчуждать, и уполномоченный собственником жилищного фонда орган непосредственно не совершал каких-либо действий, направленных на отчуждение данного недвижимого имущества, собственник вправе истребовать его из чужого незаконного владения, в том числе от добросовестного приобретателя.
Как разъяснено в пункте 39 совместного постановления Пленума Верховного Суда Российской Федерации и Пленума Высшего Арбитражного Суда Российской Федерации от 29 апреля 2010 г. N 10/22, по смыслу пункта 1 статьи 302 ГК РФ, собственник вправе истребовать свое имущество из чужого незаконного владения независимо от возражения ответчика о том, что он является добросовестным приобретателем, если докажет факт выбытия имущества из его владения или владения лица, которому оно было передано собственником, помимо их воли. В связи с этим судам необходимо устанавливать наличие или отсутствие воли собственника на передачу владения иному лицу.

Читайте подробнее...

Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2012 года» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.10.2012)(Извлечение) 10.10.2012

Обзор судебной практики Верховного Суда Российской Федерации за второй квартал 2012 года» (утв. Президиумом Верховного Суда РФ 10.10.2012)(Извлечение) 10.10.2012


ПРАКТИКА ЕВРОПЕЙСКОГО СУДА ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА 

Извлечения из постановлений
В Постановлении по делу «Гладышева против России» от 6 декабря 2011 года Европейский Суд по правам человека (далее - Европейский Суд) признал нарушение статьи 8 Конвенции о защите прав человека и основных свобод (далее - Конвенция) и статьи 1 Протокола N 1 к Конвенции, выразившееся в несоблюдении права заявителя на уважение жилища и лишении ее собственности.
Обстоятельства дела: Заявитель купила квартиру, в которой она проживает вместе с сыном. Продавец квартиры В. в свою очередь купил ее у Е., которая приобрела право собственности на квартиру в порядке приватизации.
В связи с наличием информации о том, что Е. приобрела квартиру обманным путем, жилищный департамент обратился в суд с иском о признании договора приватизации и всех последующих сделок в отношении квартиры недействительными. Заявитель подала встречный иск о признании ее добросовестным приобретателем.
Дело рассматривалось неоднократно.
Решением районного суда от 9 июля 2009 года установлено, что "...приватизация квартиры, произведенная Е., была мошеннической". Что касается заявителя, суд признал, что она является добросовестным приобретателем по смыслу статьи 302 Гражданского кодекса Российской Федерации. Однако, поскольку квартира, будучи приватизированной обманным путем, выбыла из владения города - ее законного владельца - помимо его воли, заявитель была лишена права собственности на квартиру, и квартира возвращена в собственность города. Суд распорядился о выселении заявителя без выплаты компенсации или предложения другого жилья. Ко времени вынесения Европейским Судом Постановления решение районного суда исполнено не было.
Позиция Европейского Суда: "...Любое вмешательство в собственность должно не только быть законным и иметь законную цель, но и удовлетворять требованию пропорциональности. Как неоднократно заявлял Суд, должен быть установлен справедливый баланс между потребностями, вытекающими из общих интересов общества, и необходимостью защиты основных прав человека. Необходимый баланс не будет достигнут, если заинтересованное лицо несет индивидуальное и чрезмерное бремя...".
Отмечая, что право собственности заявителя на квартиру было признано недействительным "...в связи с мошенничеством в процедурах, посредством которых квартира была приватизирована третьим лицом, в результате обнаружения поддельных документов...", Европейский Суд акцентировал внимание на том, что "...эти процедуры были проведены официальными органами в порядке осуществления государственной власти".
Европейский Суд отметил, что факт подделки документов мог быть установлен на стадии решения вопросов о регистрации Е. по месту жительства и приватизации спорной квартиры.
По мнению Европейского Суда, "...ничто не мешало властям, отвечающим за документы Е., касающ[и]еся регистрации, социального найма и приватизации, проверить подлинность ее документов, прежде чем удовлетворять ее запросы. Именно государство обладает исключительной компетенцией по определению условий и процедур, в порядке которых оно отчуждает свои активы лицам, которые, как оно считает, имеют на это право, а также обладает исключительной компетенцией по осуществлению надзора за соблюдением этих условий. Более того, последующие сделки по квартире также подлежали легализации со стороны государства... т.е. процедуре, направленной на обеспечение дополнительной безопасности обладателя права собственности. При наличии такого большого количества контрольно-надзорных органов, подтвердивших право собственности Е., ни заявитель, ни любой другой сторонний покупатель квартиры не должны были брать на себя риск лишения права владения в связи с недостатками, которые должны были быть устранены посредством специально разработанных процедур. Надзор властей не мог служить оправданием последующей расплаты добросовестного приобретателя за рассматриваемое имущество".
Кроме того, Европейский Суд указал, что "...риск совершения ошибки органом государственной власти должно нести государство, и эти ошибки не должны исправляться за счет заинтересованного лица...".
С учетом обстоятельств дела Европейский Суд пришел к выводу, что "...лишение заявителя квартиры возложило на нее чрезмерное индивидуальное бремя, и что общественные интересы не являлись для этого достаточным основанием". 
Относительно жалобы заявителя на нарушение права на уважение жилища, гарантированного статьей 8 Конвенции Европейский Суд отметил, что "...решение о выселении заявителя был[о] вынесен[о] внутригосударственными судами автоматически после того, как они лишили [заявителя] права собственности". Однако при этом не проведен дополнительный анализ "...пропорциональности меры, которую было необходимо применить в отношении заявителя, а именно ее выселение из квартиры, которую... объявили принадлежащей государству".
Учитывая, что "...ни один человек в списке очередников не был так же привязан к данной квартире, как заявитель, и вряд ли был заинтересован в этом конкретном жилище больше, чем в аналогичном", а также что "...обстоятельства заявителя не давали ей права на получение взамен другого жилья, а жилищный департамент... не продемонстрировал готовности обеспечить ее после выселения постоянным или хотя бы временным жильем", Европейский Суд пришел к выводу о нарушении Конвенции, поскольку "права заявителя, гарантированные статьей 8, были полностью исключены из виду, когда дело коснулось соблюдения баланса между ее личными правами и интересами города...". 

 

Гладышева Светлана

Консультация: +7 (916) 082-87-59
Почта: info(@)gladysheva.ru

Почта: goodflat77@gmail.com