СУДЕБНАЯ ПРАКТИКА: ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА

ДЕЛО «ПРОКОПОВИЧ (PROKOPOVICH) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ»

ЕВРОПЕЙСКИЙ СУД ПО ПРАВАМ ЧЕЛОВЕКА


ПЕРВАЯ СЕКЦИЯ


ДЕЛО "ПРОКОПОВИЧ (PROKOPOVICH) ПРОТИВ РОССИЙСКОЙ ФЕДЕРАЦИИ"
(Жалоба N 58255/00)


ПОСТАНОВЛЕНИЕ СУДА


(Страсбург, 18 ноября 2004 года)

(Извлечение)

--------------------------------

<*> перевод с английского языка предоставлен Уполномоченным Российской Федерации при Европейском суде по правам человека П. Лаптевым, неофициальный перевод, документ предоставлен КонсультантПлюс


По делу "Прокопович против Российской Федерации" Европейский суд по правам человека (Первая секция), заседая Палатой в составе:
Х.Л. Розакиса, Председателя Палаты,
Ф. Тюлькенс,
Н. Ваич,
С. Ботучаровой,
А. Ковлера,
В. Загребельского,
Э. Штейнер, судей,
а также при участии С. Нильсена, Секретаря Секции Суда,
заседая за закрытыми дверями 28 октября 2004 г.,
принял следующее Постановление:

***

B. Мнение Европейского суда

  1. Была ли оспариваемая квартира "жилищем" заявителя по смыслу статьи 8 Конвенции
  1. Власти Российской Федерации не согласились с тем, что в данном деле затронуто право заявителя на уважение ее жилища, поскольку факт ее проживания в оспариваемой квартире не был установлен в законном порядке.
  2. Европейский суд сослался на прецедентное право Конвенционных органов относительно того, что концепция "жилища" по смыслу статьи 8 Конвенции не ограничена жилищем, занимаемым на законных основаниях или установленным в законном порядке. "Жилище" — это автономная концепция, которая не зависит от классификации в национальном праве. То, является ли место конкретного проживания "жилищем", которое бы влекло защиту на основании пункта 1 статьи 8 Конвенции, зависит от фактических обстоятельств дела, а именно от наличия достаточных продолжающихся связей с конкретным местом проживания (см. Постановление Европейского суда по делу "Бакли против Соединенного Королевства" (Buckley v. United Kingdom) от 25 сентября 1996 г., Reports 1996-IV, § 52 — 54, Доклад Европейской комиссии по делу "Бакли против Соединенного Королевства" от 11 января 1995 г., § 63; Постановление Европейского суда по делу "Джиллоу против Соединенного Королевства" (Gillow v. United Kingdom) от 24 ноября 1986 г., Series A, N 109, § 46; Решение Европейской комиссии по делу "Уиггинс против Соединенного Королевства" (Wiggins v. United Kingdom) от 8 февраля 1978 г., DR 13, p. 40).
  3. По утверждению заявителя, оспариваемая квартира стала ее домом в 1988 году, когда она вселилась в нее со своим сожителем. Она предъявила чеки и иные платежные документы, свидетельствующие о том, что они вместе покупали мебель и иные предметы быта, вместе несли расходы по хозяйству и коммунальные расходы. Как представляется, заявитель получала письма и открытки, направленные ей и ее сожителю по почтовому адресу оспариваемой квартиры. Показания нескольких свидетелей, в правдивости которых у Европейского суда нет оснований сомневаться, указывают, что они видели, что заявитель постоянно проживает в квартире Филиппова. Более того, национальные суды установили, что заявитель действительно проживала в оспариваемой квартире (см. выше § 21). Власти Российской Федерации не оспаривали, что оспариваемая квартира была действительным местом проживания заявителя. Принимая во внимание сосуществование убедительных, непротиворечивых и неопровержимых доказательств, указанных выше, Европейский суд пришел к выводу, что заявитель имела значительные и длящиеся связи с квартирой Филиппова, чтобы эта квартира рассматривалась как ее "жилище" по смыслу статьи 8 Конвенции.
  4. Более того, Европейский суд установил, что у заявителя не было нигде более другого жилья. Хотя власти Российской Федерации отказались рассматривать квартиру Филиппова как "жилище" заявителя, они не указывали, какое другое жилье должно рассматриваться как "жилище" заявителя. Действительно, Европейский суд отметил, что хотя национальные суды установили тот факт, что заявитель сохранила право проживать в квартире ее дочери, они не утверждали, что указанная квартира была действительным жилищем заявителя.
  5. Таким образом, Европейский суд пришел к выводу, что квартира Филиппова являлась "жилищем" заявителя по смыслу статьи 8 Конвенции.


НА ЭТИХ ОСНОВАНИЯХ СУД ЕДИНОГЛАСНО:

  1. отклонил предварительные возражения властей Российской Федерации;
  2. постановил, что имело место нарушение статьи 8 Конвенции;
  3. постановил:
    1. что государство-ответчик обязано выплатить заявителю в течение трех месяцев со дня вступления Постановления в законную силу в соответствии с пунктом 2 статьи 44 Конвенции 6120 (шесть тысяч сто двадцать) евро в качестве компенсации морального вреда и за понесенные судебные расходы и издержки в пересчете на российские рубли по курсу, действующему на день выплаты, плюс любые возможные налоги;
    2. что простые проценты по предельным годовым ставкам по займам Европейского центрального банка плюс три процента подлежат выплате по истечении вышеупомянутых трех месяцев и до момента выплаты;
  4. отклонил остальные требования заявителя о справедливой компенсации.

Совершено на английском языке, и уведомление о Постановлении направлено в письменном виде 18 ноября 2004 г. в соответствии с пунктами 2 и 3 правила 77 Регламента Суда.

Председатель Палаты
Христос РОЗАКИС

Секретарь Секции Суда
Серен НИЛЬСЕН

ДРУГИЕ СУДЕБНЫЕ РЕШЕНИЯ